Вторник, 19.09.2017, 14:36Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта


Объявления






Форма входа






Поиск


Главная   »  Литературный отдел   »   На древней тропе (начало)
21:19
На древней тропе (начало)

Мы неуверенно топтались по колено в снегу на лесистом берегу пограничной реки Туманган, с сомнением рассматривая молодой гладкий лёд.

— Как думаешь, Юрьич, выдержит? Искупаться нынче — хы-ы, не больно приятно. О, ястри, всё дно, как через стекло видать!

Иван Кузьмич снял сосульку с усов и постучал по гладкому льду окованным ложем короткого карабина. Я стукнул раза три толстым прикладом своей винтовки. Первый ноябрьский ледок был светел и тонок. Так тонок, что на порядочной глубине можно было сосчитать все, даже небольшие чуть пожелтевшие камешки, и, как в аквариуме, виднелась перебегавшая стайками рыбёшка.

— Должен выдержать, Кузьмич, только пойдём быстро по одному, а лошадь надо бы последней, на длинном поводе.

— Ну, тогда вперёд! Кто первый?

Первым, раскорячившись, скользя бочком, с корейского на маньчжурский берег сиганул косолапый, но шустрый Володя Андрианов. За ним я. За мной, осторожно согнувшись, больной Валентин. Кузьмич спокойно ступил на лёд огромными, сшитыми им самим из кабаньей шкуры поршнями и, таща на верёвке развьюченного буланого конишку, уверенно переправился на левый берег. Когда мы вновь укрепили вьюк, он поправил свою заячью шапку, отёр покрывшуюся инеем бородку и ткнул рукавицей вперед.

Теперь прямо через пойму. С версту прошагаем целиной, а там и тропа. Где-нибудь в дороге переночуем и завтра доберёмся...

Иван Кузьмич вёл нас в свои заповедные места на границе дубняков и кедровников. Там в прошлом году его любимый кобель Эс в одиночку задержал ему несколько кабанов и нашёл в берлогах семь медведей! Сейчас невидный, цвета блеклой соломы, лопоухий, безродный, но удивительно талантливый пёс, задрав пушистый хвост, бежал впереди, поучая своего молодого и бестолкового помощника серо-бурого Пурума.

В тот памятный день мы отмерили немало километров по узкой, с виду ничем не примечательной лесной тропинке. Но только с виду. На самом же деле то была очень древняя дорога, возникшая со времени образования двух соседних азиатских государств. С незапамятных времён, стихийно проложенная проворной ногой лесного человека, она веками почти не меняла свой облик. Где-то прорубали девственные леса, строили железные и шоссейные дороги, капитальные мосты и виадуки, а здесь всё было так, как при первых правителях Поднебесной империи.

Падало поперёк подгнившее дерево, его обходили (рубить или пилить всегда бывало некогда) — рождалась замысловатая петля. Истлевала с годами толстая лесина, рассыпалась в прах, открывая старую дорогу, — люди и звери снова шли напрямую. По этой, самой жизнью рождённой дороге люди никогда не гуляли без дела и всегда спешили. То шла партия охотников к дальним, только им известным солонцам в погоне за «золотыми» пантами; то согнувшиеся под тяжестью тюков, почерневшие от дыма костров контрабандисты несли за плечами тяжёлые котомки. То крались поджидавшие тех и других безжалостные хунхузы. И реже всех — одетые в хаки пограничники. Неслышно шагали по узкой извилистой полоске среди лесов, марей и голубичных полей сшитые из сыромяти китайские улы, плетённые из лыка или пеньки корейские лапти — сины или брезентовые, на резиновой подошве японские джикатаби.

Частенько эта дорога служила и зверю. Он тоже любит пройтись по утоптанной тропинке. Проковыляет, озираясь, барсук, простучит копытами стройная косуля или похожий на утюг кабан, или длинноногий мощный изюбр; пройдёт, виляя всем корпусом, медведь. Не оставлял тропу своим вниманием и Великий Ван — тигр, чётко отпечатывая на сырой земле или на снегу след, приводящий в трепет всё живое...






Действие, описанное в рассказе, происходило на Дальнем Востоке в 30-е годы.


Раздел: Литературный отдел | Просмотров: 840 |
Copyright HuntHouse.ru © 2017 |