Четверг, 23.11.2017, 21:37Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта


Объявления






Форма входа






Поиск


Главная   »  Литературный отдел   »   Охота пуще неволи (окончание)
00:41
Охота пуще неволи (окончание)

Лодка-плоскодонка

В темноте мы погрузили в лодку ружья и рюкзаки. «Пойдёте вон на тот бакен, — сказал начальник, указывая на мерцавший вдали огонёк. — От бакена на будку бакенщика, на остров. Там и будете охотиться. — Добавил строго: — Подсадных не упустите!»

Сказав это, он оттолкнул от берега наши лодки. Мы с братом сели на вёсла, каждому — по веслу. Фадеев, завладев кормовым веслом, сел на корму и, когда лодка пошла на огонёк бакена, сказал уверенно: «Всё идёт, как надо».

Нам помогал предрассветный попутный ветерок, и лодка шла довольно быстро, мерно постукивала о корму мягкая зыбь.

Пока добирались до острова, начало светать. Домик бакенщика стоял на узкой полоске земли, тянувшейся среди разлива почти на километр. Местами она поросла ивняком. Шалашей на острове оказалось только два. Третий мы наспех смастерили общими усилиями, спеша не упустить зорьку.

Высадив подсадных, мы заняли шалаши. У меня подсадная кричала только во время высадки, а потом упорно молчала всё утро, но мне повезло с чирками-трескунками: они хорошо шли на манок, и за утро я взял пять чирков. К брату подсела стайка красноголовых нырков, и он выбил дуплетом пару красавцев. Кряковых не было. Со стороны шалаша Фадеева было слышно, что и он стрелял.

Когда мы по сговору сошлись у бакенщика к восьми часам, у Фадеева оказалось два селезня шилохвости и селезень чирка-свистунка.

«Ну, что? — подходя к нам, кричал он в азарте: — Прав я был или нет? Куда нам больше?» Обветренное лицо его сияло. Пока мы рассматривали трофеи, подошла лодка бакенщика. Из лодки вышел седой коренастый старик. Коричневого цвета загорелое лицо, заросшее щетиной давно не бритой бороды, светилось доброй улыбкой.

«Товарищам охотничкам наше почтение!» — говорил он прокуренным голосом.

Вытянув лодку на берег, следом за стариком подошёл такой же кирпично загорелый светловолосый парень. «Мой внучек. Познакомься, Коля», — сказал старик. Коля поставил у воды ведро свежей, ещё живой рыбы. «Ушицу уважаете?» — спросил старик. «Очень даже уважаем», — радостно ответил Фадеев.

Коля принёс доску и ножи, и все мы принялись чистить рыбу, присев у воды.

Пока старик промывал рыбу и чистил картошку, Коля развел костёр. У входа в будку был сооружён из разноцветных досок бывших бакенов стол. Столешница лежала на четырёх вбитых в землю кольях. Вокруг стола были такие же скамейки.

Что может сравниться с ухой, сваренной на костре из свежевыловленной рыбы при свете утреннего апрельского солнца, среди весеннего половодья?

Под навесом среди облупленных и обветренных, когда-то красных и белых бакенов лежало сено. На сене расположились мы. С крыши навеса свешивались, просыхая, наши сапоги.

Над тем местом, где мы чистили рыбу, вились и кричали чайки. Откуда-то доносились голоса чибисов.

На обратном пути, когда наша лодка шла по широкому разливу волжского водохранилища, Фадеев сказал: «Ну, вот и приобщились и ничего лучшего сейчас для нас и быть не может. Ещё бы спеть что-нибудь подходящее». Мы с братом затянули в два голоса:

Ой, да ты, калинушка, ты малинушка.

Ой, да ты не стой, не стой на горе крутой.

И Фадеев, одобрительно кивая, подхватил своим глуховатым тенорком:

Ой, да ты не роняй листа во сине море.

Когда песня кончилась, стала слышна перекличка гусиных верениц, мерцавших в солнечном небе.

В тишине мерно поскрипывали уключины.

Ф. ГЛЕБОВ



Раздел: Литературный отдел | Просмотров: 969 |
Copyright HuntHouse.ru © 2017 |