Четверг, 23.11.2017, 21:33Главная | Регистрация | Вход

Меню сайта


Объявления






Форма входа






Поиск


Главная   »  Охотхозяйство и промысел   »   Промысловик В. И. Захаров (начало)
05:04
Промысловик В. И. Захаров (начало)

Якутия зимой

Труд промысловика в суровых условиях Якутии, когда морозы достигают —56°С, весьма тяжёлый и небезопасный. Стать профессиональным охотником даже средней квалификации в наш изнеженный век высоких технических возможностей может далеко не каждый. В первую очередь надо беззаветно любить природу, бескрайние таёжные просторы, любить так, чтобы хватило сил и мужества на долгие месяцы уехать от семьи, отказаться от состоянии комфорта, удовольствий и соблазнов городской жизни.

Во-вторых, необходимо обладать отменным здоровьем, хорошими физическими данными, неутомимой работоспособностью, умением ориентироваться на местности днём и ночью, а главное — обладать твёрдостью духа, не теряться в самой трудной обстановке. Промысловики большую часть своего рабочего времени проводят в одиночестве. Как говорят они, «мять вдвоём одну тропу не резон».

Наряду с этим охотник должен быть мастером на все руки: поваром, портным, сапожником, плотником, бондарем, рыбаком, уметь управлять моторной лодкой, снегоходом, работать с мотопилой, правильно их эксплуатировать и ремонтировать, знать биологию промысловых зверей, птиц и технику их промысла, уметь обращаться с лошадьми, ездовыми собаками и северными оленями. Зачастую охотник сам изготовляет деревянные лодки, различные приспособления для обработки кедровых шишек. Да разве всё перечислишь. Такими знаниями, умением и выучкой в совершенстве владеет кадровый охотник госпромхоза «Ленский» Виктор Ильич Захаров.

Родился он в многодетной семье, и его отдали на воспитание к родственникам. Пятилетним ребёнком попал он на Большой Патом — правый приток Лены, в том же возрасте остался сиротой, и начались его хождения по людям. Чего только не приходилось делать: нянчить детей, таскать дрова, чистить навоз в хлевах, пасти домашних оленей.

Первую утку Виктор Захаров убил восьмилетним мальчишкой. В девять лет добыл за зиму 72 белки, а ещё через год — дикого северного оленя, пришедшего к стаду домашних. Снять шкуру и разделать тушу не хватило сил, сумел только выпотрошить. На следующий день остальное доделали взрослые мужчины. В ту же зиму принял участие в охоте на медведя. И хотя самому стрелять не пришлось, не дрогнул, не убежал и не предал старшего опытного напарника.

Рано, очень рано кончилось детство. В семнадцать лет В. И. Захаров — один из лучших охотников Бодайбинского района. В те трудные послевоенные годы охотники не имели никаких механизированных транспортных средств. Всё приходилось перетаскивать на своих плечах или перевозить на утлых лодках, толкаясь шестом против быстрого течения.

Мясо медведя, дикого северного оленя и лося принимали круглый год в неограниченном количестве. Виктор Ильич медведя добывал весной, летом и осенью с собаками. Особое мужество и отвага требовались на осеннем промысле в кедровом стланике. От собак медведь забивается в непролазную чащу. Охотнику приходилось продвигаться, как в затемнённой пещере, на четвереньках, а стрелять в озлобленного и агрессивного зверя, стоя на коленях, с расстояния 10—15 м.

«Какая нужда заставляла меня лезть на смерть? — с удивлением спрашивает Виктор Ильич. И сам отвечает: — Азарт. Молодой был, отчаянный. Сейчас, наверное, не полез бы. Сколько добыл за свою жизнь медведей? Кто их считал тогда! — Затем, после долгого молчания и подсчётов, добавил: — Однако, около ста».

На Большом Патоме в начале 50-х годов В. И. Захаров одним из первых возродил утраченную ранее промысловую охоту на соболя, в 1953 г. был участником ВДНХ СССР. Там же, на Большом Патоме, обучился искусству добычи лосей и диких северных оленей скрадом, или, как говорят у нас, — с подхода.

Промысловику в обязательном порядке доводится план и по вылову рыбы. А промысловая рыбалка невозможна без определённых знаний биологии рыб, умелого управления утлой деревянной лодкой, когда на быстрой речке передвигаться, а тем более ставить и проверять сети, можно только толкаясь шестом («ходить на шесте»). Этот древний и очень трудоёмкий способ постепенно вытесняется ловлей с моторных лодок.

«Эх, пришлось мне потолкаться на Патоме, — рассказывает Виктор Ильич. — Лодки делал лёгкие, маленькие. «Баржу» один далеко не утолкаешь. А грузил их так, что борта из воды только на два пальца торчали. На перекатах рот не разевай — мигом к рыбам пойдёшь. Сейчас городить речку считается браконьерством. Это правильно. Людей в тайге много шатается. А раньше, кто не сделает заездок, у тех отбирали речку и передавали другому.



Раздел: Охотхозяйство и промысел | Просмотров: 819 |
Copyright HuntHouse.ru © 2017 |